АНОНСИ ЗУСТРІЧЕЙ ЗІ СПРАВЖНІМ

» ТЕНДІТНА СИЛА і не тільки у Бібліотеці імені Садріддіна Айні
» УКРАЇНСЬКІ ПЕРЕДЗВОНИ-13. Вшанування Шевченка
» НЕПЕРЕМОЖНІ у Бібліотеці імені Лесі Українки
» УКРАЇНСЬКІ ПЕРЕДЗВОНИ-12. День Соборності
» НЕПЕРЕМОЖНІ-28 о Дня Гідності та Свободи
» Згадуємо добрим словом Захисників України
» НЕПЕРЕМОЖНІ у Новгород-Сіверському
» НЕПЕРЕМОЖНІ-26, Межигір’я
» ЗНАЙ НАШИХ: Українська докласична поезія
» "Мовою серця". Розмай вражень
» "Воля громади: Червона доріжка Гідності"
» УКРАЇНСЬКІ ПЕРЕДЗВОНИ-11. День Незалежності
» ПО ЖИВОМУ
» ТЕНДІТНА СИЛА в Музеї Шістдесятництва
» "Тендітна Сила" йде в люди
» НЕПЕРЕМОЖНІ. День Києва-2107
» "Тарас Шевченко єднає народи". ЕМОЦІЇ
» ПЕРЕМОЖЦІ ІІ Міжнародного проекту-конкурсу "Тарас Шевченко єднає народи" в номінації "ВІДЕОФОРМАТ"
» ПІДСУМКИ ІІ Міжнародного проекту-конкурсу Тарас Шевченко єднає народи. Номінації НАЖИВО та МІЙ ШЕВЧЕНКО
» Вийшла друком моя "ТЕНДІТНА СИЛА"
» Роздуми про українську поезію
» Положення про ІІ Міжнародний проект-конкурс "ТАРАС ШЕВЧЕНКО ЄДНАЄ НАРОДИ"
» Українські Передзвони-10
» Мрії Небесної Сотні. Відзнаки Героїв
» ВІДКРИТИЙ ЛИСТ ДО ДРУЗІВ - близьких і далеких, майбутніх і колишніх
» Презентація альбому "СОНЯХИ" В’ячеслава Купрієнка
» УКРАЇНСЬКІ ПЕРЕДЗВОНИ - 9
» Мої Карпати
» НЕПЕРЕМОЖНІ у Центрі соціально-психологічної реабілітації дітей №1
» Час Візбора - 2016





© Тетяна Яровицина, 2011



 » Знакомство с Поэтом
 

  

Вечер памяти поэта можно считать состоявшимся, если хотя бы один человек захочет перечитать его стихи. И не столь важно, когда он осуществит своё желание. Важно, чтобы с желанием этим не случилось того, что случается с обычными людьми – «жил-жил и умер». Настоящие желания, настоящие люди и настоящие книги не умирают. Они реализо-вываются. В самом бескорыстном смысле.


Даже если только одна я загорелась Поэтом, с творчеством которого, к стыду и глубочайшему сожалению своему я не сталкивалась ранее, – вечер памяти КАТЕРИНЫ КВИТНИЦКОЙ в рамках Международного кино-поэтического фестиваля «Каштановый Дом» состоялся.


Более того, купленная в тот день книга «КАТЕРИНА КВИТНИЦКАЯ В ЖИЗНИ И ТВОРЧЕСТВЕ» спокойно ждала своего часа. Первое впечатление от «внешности» книги – смутное... Этот густо-красный цвет, напоминающий о том, что мне частенько приходилось видеть в жизни, в силу разных причин… И этот портрет… нет – эти глазища, от которых не по себе… 

Но желание познакомиться с живым человеком было настолько сильным, что первое впечатление было задвинуто сознанием в самый пыльный угол.

Теперь о причинах этого желания. Оно вспыхнуло в самом начале вечера, когда слово взял близкий друг Катерины Квитницкой – украинский литературовед, культуролог, киновед Вадим Скуратовский (или, как он выразился, «теоретик, а она страшно не любила теоретиков»). Обладая изумительным ораторским мастерством, он сумел нарисовать нам живую, дерзкую, бескомпромиссную, потрясающе талантливую Катю, которую эпоха (советская и постсоветская) так и не оценила. И почему-то я ему поверила. Есть вещи, которые нельзя выдумать (на-думать) и подать с таким блеском в глазах!
 

Увы, время и обстоятельства неумолимо давили на организаторов и участников вечера, стихов звучало мало. Были ещё краткое слово друга Катерины – поэта Андрея Грязова, 
 
 
сестры Катерины и составителя вышеупомянутой книги – Татьяны Квитницкой-Рыжовой,
 
 
и трогательное сыновнее слово Филиппа Снегирёва.
 
 
От всего, что удалось услышать в тот вечер о Катерине, веяло человеческой трагедией и нечеловеческой стойкостью. 

Думаю, что доказывать кому-то необходимость таких мероприятий глупо и бессмысленно, поэтому просто от чистого сердца поблагодарю организаторов «Каштанового Дома» Андрея Грязова и Оксану Боровец за то, что чтят имена и традиции, учреждают премии Имени… и Памяти…, и удостаивают ими лучших наших современников.
 

Очень порадовалась за первых лауреатов Премии имени Катерины Квитницкой – Елену Шелкову (Киев)
 
 
и Игоря Павлюка (Львов). Приятно видеть такие вот «ореолы признания» вокруг достойных!
 

Потом я прочла КНИГУ. Нет, я её выпила. Крупными жадными глотками. За несколько часов. Давно за собой не замечала такого волнения. Начала читать в утреннем транспорте, закончила – в вечернем. На работе, по «счастливой случайности» отключили свет, и ничто не мешало знакомству. Была некоторая опаска, что мне будет скучно читать о живом человеке всякие мудрёные литературоведческие статьи, отдающие рядовым препарированием творчества (которые я обычно пролистываю, желая сложить своё мнение). Но, к моему радостному удивлению, их просто не было!!! Было краткое сдержанное вступление, характеризующее роль поэта Катерины Квитницкой в русской поэзии (знающие люди относят её к пятёрке лучших русскоязычных поэтесс ХХ века). А потом – воспоминания родственников и друзей о Кате. Очень живые, тёплые, ненавязчивые и лёгкие (несмотря на весь трагизм её судьбы).

Ужасно не люблю цитат, но не удержусь, приведу...

«Катя была талантлива – безоговорочно, однозначно, без всякого снисхождения. Свой щедро-принудительный дар она пронесла как факел, озаряя, обжигаясь, сгорая... Уберечь Катю от Кати было не под силу никому… Всю жизнь она писала «в стол», и к этому привыкла. Вместе с тем, прекрасно понимала, что принадлежит к числу тех избранных, кто творит русскую поэзию. Но никогда, даже в самую тяжёлую минуту, она не пыталась разменять свой талант на мелкую монету благосклонности властей. Расцвет её творчества пришёлся на непробиваемый железобетонный период застоя. Единственно возможный путь, который был избран, – это молчание, громогласное и красноречивое, молчание как протест, молчание как приговор….»
                                                                       (Татьяна Квитницкая-Рыжова)

 

И, знаете, до того вошла она в моё подсознание Катей, что даже язык не поворачивается назвать теперь её Катериной или Катериной Юрьевной…

Катя, читающая ночи напролёт под одеялом…

Катя, дерзкая и решительная, не подвластная ни друзьям, ни родителям – только порыву…

Катя, школьные стихи которой печатают в главных газетах страны…

Катя, поэзию которой прочла Анна Ахматова и сказала: «Я хочу видеть эту девочку!»

Катя, поражающая всех знанием французского языка…

Катя, вдохновенно переводящая стихи зарубежных классиков на русский язык…

Катя, влюблённая в киноактёра Жерара Филиппа, уговаривающая киномеханика после показа в кинотеатре вырезать из киноленты несколько кадров с её кумиром…

Катя, обладающая абсолютной властью над мужчинами…

Катя, больше всего на свете ценящая свободу…

Катя, вопреки воле родителей выпорхнувшая замуж за человека вдвое старше её, – кинорежиссёра и писателя Гелия Снегирёва; Катины любовь-война, любовь-сражение, любовь-потеря…

Катя, собирающая в своём доме свободомыслящую киевскую интеллигенцию…

Катя, пережившая унижение обысков, арест и потерю мужа…

Катя, воспитывающая сына Филиппа…

Катя, в пользу которой мэтр Городницкий отказался от выпуска своего поэтического сборника «Старт», но так и не изданная при Союзе…

Катя, которую Грузия и Америка признали быстрее, чем Россия и Украина…

Катя – лауреат Международной пушкинской премии...

Катя, неумолимо теряющая зрение, и не очень обрадовавшаяся прозрению после операции на глазах…

Катя, коротающая последние дни в забытье и одиночестве…


КАТЯ…

Воспоминания о Кате – собственно прижизненные размышления самой Кати, её мужа Гелия Снегирёва (на страницах «Романа-доноса»), близких друзей Игоря Моисеева, Вадима Скуратовского, Юрия Рыбчинского и многих других. И всё это отражено настолько живо, что как будто не книгу читаешь, а смотришь талантливый фильм о талантливой жизни!

«Я никогда не думал, не предполагал, что буду писать воспоминания о Кате Квитницкой. Представить себе, что когда-нибудь Катя уйдёт, было невозможно. Поскольку мой Киев – это Киев, в котором живёт замечательная, талантливая, сумасшедшая, нет, не сумасшедшая – неистовая Катя Квитницкая. С юности для меня Киев – это Катя, поэзия – это Катя, безумная любовь к литературе, к языкам – это Катя.»
                                                                                         (Юрий Рыбчинский)

«Как эта поэзия сжигает все свои корабли и все свои мосты! Катерина Квитницкая биографически была великая мастерица сжигать те мосты. И не только за собой, но и перед собой… Это главное свойство биографии с сокрушительной силой перешло в её поэзию. Но вся эта женская (а подчас уже не женская) ярость удивительным образом помещена в рамках и форматах классического поэтического языка!»
                                                                                        (Вадим Скуратовский)

«Она продолжила путь изгоя, изгнанника, диссидента до решительной изоляции, выпадения из общества и даже из быта. Причём, по собственной воле, по внутренней потребности»
                                                                                          (Игорь Моисеев)

Во второй части книги – избранные стихи из сборников «Козырная карта» (1998), «Кровословье» (2003), «Ять» (2006). Хлёсткие, азартные, бунтовские, афористичные, прозорливые, как сама Катя. Разные стихи, характеризовать которые не берусь. Да потому что слов нет! И цитировать, пожалуй, тоже не стану. Кому интересно – тот найдёт и прочтёт. Скажу лишь о личных ощущениях.

Однажды человек перестаёт страдать. Нет, не физически. Он перестаёт чувствовать, что страдает. И случается это там, за болевым порогом Личности. Тогда рождается иное видение мира. Человек смотрит на мир с высоты своей боли. Стирается грань между жизнью и смертью – и то, и другое уже не страшит. Многое становится ясней и прозрачней. Это не может не отразиться на стихах мастера слова. Прикасаясь к ним, чувствуешь себя причастным к истине. Произведения Катерины с гениальной лёгкостью приоткрывают завесу неизвестности, расширяют сознание, опрокидывают стереотипы, дают духовную пищу... И в душу внимательного читателя (при наличии таковых) просачиваются чистейшие капельки вечности.

Спасибо Кате!!! Спасибо родственникам, что живут верой в неё и лучатся бережной любовью к делу её жизни. Современной поэзии невероятно нужны Человеческие ориентиры. Очень хочу прочесть все её книги. И от души желаю Катерине Квитницкой много благодарных читателей. Земной срок – отнюдь не показатель!

И напоследок. Мне очень жаль, что я не знала ничего о том, что на моей родной земле, в моём родном городе дышал и задыхался удивительной силы Поэт, огромного дарования Человек, потрясающе талантливая Женщина! И что в час, когда сама безумно нуждалась в творческих ориентирах, я НЕ встретила её на своём пути. Что НЕ прикоснулась к этому магниту. Что НЕ черпнула его силы. Что НЕ смогла заглянуть в эти практически ослепшие глазища и… в её ясно-видящую душу. Что НЕ смогла никак помочь или просто подержать за руку «опасного гения» в час, когда он по-человечески страдал в одиночестве и недуге. Что НЕ…

Поклон «Каштановому Дому». Одним «НЕ» стало меньше. Но – одной болью больше.

А, значит, – есть шанс дорасти до Человека.
 
 

Серебренникова Лариса    (05.01.2014 01:31)
Удивительно точные слова прочла сейчас о Кате. Знала ее недолго, но это знакомство было все на нерве и на любви. Таких писем, какие писала мне Катя в 1987 году мне никто и никогда не напишет. Столько мудрости и безрассудства, столько понимания, сочувствия и поддержки в мои тяжелые дни и месяцы. Абсолютно невероятным образом узнала о ее смерти, собственно все, что связывало меня с ее семьей было непостижимым... Светлая память удивительной Женщины и Поэта!

P.S. Филипп! Посмотри на украинском сайте
http://arts.in.ua/artists/Serebrennikova
Можешь не отвечать... но Катя и Дима также, как и я, считают неправильным твое молчание...
Ответ:
Дорогая Лариса. спасибо огромное за оставленный отзыв и о добрую память о человеке! Вы в последних строках обращаетесь к Филиппу... К сожалению, я не имею выхода на него, а потому ожидать незамедлительного ответа не стоит. Может, когда-нибудь он наткнётся на эту публикацию. Спасибо за ссылку. Красивые картины!


Ігор Рубцов    (08.10.2013 09:34)
Тут у тебе є місце для кількох, принаймні, віршів поетеси. На слово вірю, але потрібні творчі зразки, не як доказ, а для довершеності замальовки.
Ответ:
Друже, я дала посилання на сторінку з віршами. Цього достатньо.

 Всего комментариев: 2