» Побачення наосліп
   - Чужих детей не бывает!!!

» Читачі радять
» Нові твори

» Слідами Натхнення
   • Острівець довіри
   • Поки є райдуга
   • Співзвучність
   • Ніжність
   • 25-ті кадри
   • Про життя з усмішкою
   • Навмисне не утнеш
   • Діалог із дитинством

» ЛIКОТЬ ДО ЛIКТЯ
» Мої Вчителі




 







      © Тетяна Яровицина, 2011
              © Татьяна Яровицына, 2011      



 » ВЛАДИМИР ЗОЛИН: "Но не замерзают поэты!"
Люблю людей, ни на кого не похожих! С удовольствием представляю стихи своего доброго харьковского друга Владимира Золина


И…


Одинокой  каравеллы 
горизонт  ласкает 
профиль. 

Небо,  звёздами  надменно, 
засыпает… 
Небо  -  профи 
в  расстановке  дней  и  судеб 
интервалами  забвений. 

Завтра  всё  иначе  будет! 
Завтра  -  казнь  благодарений,     
расточаемых  по  кругу,   
по  привычке  и  со  страху 
неопознанным  подругам  и  друзьям. 
Но,  жизнь  с  размаху 
вновь  швырнёт 
в  пасьянс  томлений 
ожидания  удачи. 

Трепет,  прочь! 
И,  прочь,  сомненья! 
Завтра  будет  всё    иначе: 
в  лабиринты  серых  будней 
свет  ворвётся  гильотиной!   

Как  же  долог  был  и  смутен 
путь  к  тебе, 
моя  Ирина…  *

Сон  вспорхнул  голубкой  белой.                          

Пустоту  разбавил  кофе. 

Одинокой  каравеллы 
горизонт  ласкает 
профиль.

* Владимир – «Владеющий миром», Ирина – «Мир, покой»


© Владимир Золин




Каждый каждому каждый

Каждому  молодцу  снится 
Каждую  осень  -  весна. 
Каждый  ухватит  синицу  - 
Каждый  наестся  сполна. 
И  каждой  твари  -  по  паре, 
Каждый  в  мечтах  -  чародей. 
В  каждом  живёт  добрый  барин, 
В  каждом  скучает  злодей. 
Каждому  верится  в  Бога 
В  каждого  час  роковой,
Каждый  в  болезни  -  убогий, 
Каждый  казнится  молвой. 
Каждый  под  мухой  -  отважный! 
Каждый  желал  барыша. 
Каждый  для  каждого  -  каждый.     
В  каждом  ютится  душа...

© Владимир Золин



Последние врата

у  подножья 
вершающих  врат, 
возле 
омута  скорби  надежды 
принимаю 
последний  парад  - 
одинокий,  голодный,  небрежный 

дни  и  ночи 
судьбины  моей 
маршируют 
косыми  рядами,
и  оскал 
от  пупа  до  ушей 
разукрасил  поникшее  знамя 

я  узнаю 
всю  правду 
сейчас 
о  вселенной 
людских  поколений: 
стой  парад, 
разойтись,   
делай  -  раз! 

у  ворот  показались  две  тени...

© Владимир Золин


Ещё одна зима…

Ещё  одна  зима  накрыла  осень.
 
Ещё  один  закат  шепнул: 
прощай. 

Мы  жить  старались, 
может  даже 
очень. 

Но  вот  опять  декабрь. 

Невзначай 
холсты  суд́еб  полощет  серым  снегом,  нанизывает 
ветер  перемен. 

И  девушка  нагая     
оберегом 
чужой  любви   
является  во  сне. 

Простительная  слабость  вдохновения 
все  более  походит  на  болезнь, 
рождая  не  стихи,  а   
словопрения,     
звучащие,  как 
матерная  песнь. 

Ещё  одна  зима  накрыла  осень, 
но  звёздами  и  честью  спасены, 
давайте  мы  друг  друга 
перепросим  дожить  до  лета,     
значит  -  до  Весны.

© Владимир Золин



Напоминание мужчинам

Нам  порой  судьба  даёт  затрещины, 
Прибавляя  на  чело  морщины... 
Красота  -  богатство  только  женщины. 
Лишь  богатство  -  красота  мужчины!

© Владимир Золин



Времечко нынче

Маленьким, 
простеньким 
будет  мой  стих. 
Времечко  нынче  такое: 
тот,  кто  готов
постоять  за  других  - 
ездит  автобусом. 
Стоя.

© Владимир Золин



Возвращение


Впилась  когт́ями
При́язни  и  лести.
Да  не  целуй  меня! 
Вместе  мы, 
Вместе…

Скачет  по 
Сердцу  боли 
Горошина. 
Травы  июньские  грозами  скошены. 
Боль  приворожена. 
Боль  недоношена.
П(л)отные  охи  луной  унавожены.

Скоро  рассвет  –  милый  первенец 
Мести.
Спи, 
Не  волнуйся.
Вместе  мы, 
Вместе…

© Владимир Золин


                       

Душевный разговор


Когда  солнце  уходит  за  горы 
И  от    липкой  тоски  не  уснуть, 

Мы  с  душою  ведём  разговоры
Про  корявый  мой  жизненный  путь. 

Признаётся  душа,  подвывая,
Что  бывает  ей  тяжко  порой; 

И,  мол,  я,  в  человеческой  стае, 
Не  храню  её  вечный  покой; 

Не  молюсь  ежедневно  и  живо, 
Не  усерден  в  работе  любой; 

Как  все  снобы  —  уж  больно  игривен, 
Как  все  dancing  по  жизни  —  хромой. 

Я  зеваю,  словечки  вставляю, 
Истомл́ённый  бессонницей  вдрызг; 

Да  по  памяти  горкам  виляю: 
Норовлю  между  пакостей  брызг.   

А  что  толку? 
Сегодня  —  не  завтра.   
Никогда,  ни  за  что  —  не  вчера!   

Это  счастье  —  овсянка  на  завтрак, 
И  за  стенкой  сопит  детвора.

В  предрассветном  борении  страхов, 
Без  иллюзий  в  судьбу  заглянуть...

Засыпаем... 
Без  охов  и  ахов...
И  совсем  не  корявый... 
Мой  путь...     


*  Dancing  (англ.)  -  1.  Танцы,  2.  Пляска,
3.  Прыгание  стрелки  прибора,  4.  Танцевальный. 
Здесь  -  ПЛЯСУН.


© Владимир Золин



Предрассветное


Я  не  в  силах  проснуться  и  жить: 
Затерялся  в  судьбы  отголосках  -
Вечной  сцены  усталых  подмостков,
Среди  ́искусов  быть  иль  не  быть...

© Владимир Золин



Осенний натюрморт

глаза  твои  стреляют  пустотой 
стеной  гранитной  с́омкнуты  коленки 
усталый  парк  кор́ит  меня:  изгой  -     
ни  прошлого 
ни  тени
ни  оттенков 

спроси,  ну,  хоть  о  чём 
ударь
заплачь 
рассмейся 
наор́и
размажь  по  стенке 

в  листве  пож́ухлой  заблудился  грач 

стеной  гранитной  сомкнуты  коленки

© Владимир Золин



Лето кончается...


Тихая  гавань 
вечерней  печали 
августом  спелым  полна...

Чайки  вертеться 
над  пирсом  устали... 

Хочешь
чего-нибудь? 

На...

© Владимир Золин




Ночное письмо

Я  скроюсь  за  пределами  тоски... 
И  память  обо  мне  окрест  отринут. 
Пусть  скромной  маргаритки  лепестки 
Тебя  в  печали,  милая,  обнимут. 

В  исповедальнях  радуйся,  не  плачь. 
Былое  рви,  как  старую  рубаху. 
А  время,  вечный  лекарь  и  палач, 
Пусть  одного  меня  зовёт  на  плаху. 

Прощения  прощающих  прости  -   
Они,  закон  природы,  опоздали. 
И  не  тревожься  -  мне  легко  грести:   
Харон  бывалый  лоцман  этой  д́али.

© Владимир Золин



Шесть туров извечного вальса любви

1.
Не  признала? 
А  я  и  не  ждал 
звездопада  счастливых  эмоций: 
в  океане  любви  -   
все  без  лоций, 
но  с  Судьбой:
«Вы  хотите  на  бал?».

2.
Не  угадывай, 
не  вспоминай  - 
этот  вальс  нам  с  тобой
предназначен. 
Я  и  сам  удивлён-озадачен, 
и  оглядываюсь 
невзначай. 

3.
Грациозна,  послушна,  мила 
(про  «послушна»  -  конечно  же  в  танце!)  - 
ты  качаешься 
протуберанцем   
над  душою, 
сгоревшей  дотла. 

4.
Оборот-поворот  в  три  шага  -     
разлетелись  по  кругу  партнёрши, 
всё  смешалось:   
подруги... 
дублёрши... 
да  искрятся,  столкнувшись, 
рога. 

5.
Эх,  легко  было  в  век  Песталоцци,
когда  бал  означало  лишь  бал! 

6.
Не  признала? 
Я  всё-таки  ждал 
звездопада  счастливых  эмоций.   


*  Лоция  (от  голландского  loodsen  -  вести  корабль)  -  предназначенное  для  мореплавателей  описание  морей  и  прибрежных  полос. 
**  Протуберанцы  (нем.  Protuberanzen,  от  лат.  protubero  -  вздуваюсь)  -  плотные  конденсации  холодного  (относительно)  вещества,  которые  поднимаются  и  удерживается  над  поверхностью  Солнца  магнитным  полем. 
***  Иоганн  Генрих  Песталоцци  (Johann  Heinrich  Pestalozzi,  1746  -  1827) - педагог,  основатель  знаменитой  теории  "природосообразного  воспитания".


© Владимир Золин



Мы


Мы  привыкли  желать  и  бояться. 
Мы  уходим  с  надеждой  остаться. 
Мы  хотим  тишины  и  покоя, 
Но  любить  получается  стоя. 

Мы  танцуем  вокруг  обстоятельств. 
Мы  черствеем  в  плену  обязательств. 
Мы  в  подушку,  наивные,  верим, 
Что  находками  станут  потери. 

Мы  искатели  искренней  доли.
Мы  невольники  завтрашней  воли. 
Мы  измолены  в  истовом  раже: 
Ну,  когда  же? 
Когда  же! 
Когда  же...

© Владимир Золин



Путеводитель по любви

К  благодарным  любовь  терпелива. 
Только  где  он  –  признаний  черёд? 
И  ступают  года  торопливо 
Через  времени  реченьку  вброд. 

В  шалаше  будет  рай  непременно! 
Только  где  та  поляна  в  лесу? 
На  которой  ты,  самозабвенный, 
Повстречаешь  чужую  лису. 

И,  стреноженный  грацией  ночи, 
Растворишься  в  зрачках  миража. 
Только  где  те  волшебные  очи? 
-  На  ударе  тупого  ножа. 

Понедельники  чаще  и  чаще 
Заполняют  обоймы  недель. 
Только  где  долгожданное  счастье? 
-  Слушай  скрип  заржавевших  петель. 

К  благодарным  любовь  терпелива,   
Но  не  значь  себя  жизни  плевком!   
И  красавица,  следуя  мимо, 
Благосклонным  отметит  кивком…

© Владимир Золин



Измена



Придумай  оправдание  правдивей...

Я  помню  тебя  страстной  и 
ленивой, 
смеющейся, 
рыдающей  и
кроткой, 
с  танцующей  по  берегу  походкой, 
доверчивой, 
задумчивой  и 
хвАткой, 
склонившейся  над  детскою  кроваткой, 
заботливой, 
скандальной  до  горячки, 
и  очумевшей  от  поклонов  прачкой, 
кокетливой, 
надменной, 
интриганкой, 
тихоней, 
моралисткой, 
хулиганкой, 
распущенной, 
краснеющей, 
игривой... 

Придумай  оправдание  правдивей.

© Владимир Золин



Три грусти января

1.
Недобитая  гвардия  белая 
Разбрелась  по  оврагам  и  рощам... 
Умереть  стоя  было  бы  проще, 
Но  расстрельщики,  эх,  неумелые
                   *******
2.
Неприкаянно  зарево  мается 
Над  посёлками  и  деревухами... 
Мои  музы  сказались  старухами 
И  свидания  не  получается. 
                   *******
3.
Новый  год  -  это  новая  пропасть, 
Новый  берег,  размытый  туманом...
Бесшабашным  весенним  обманом 
Наполняется  осени  робость.
                   *******

© Владимир Золин



Последние новеллы городского ноября


1.
Не  скрою:  ожидание  удачи 
Становится  болезненной  тревогой. 

2.
Да, 
Я, 
Не  приведи  Господь, 
Не  мачо  -  на  голову  и  душу  одноногий. 
Не  казнокрад  с  лихой  осанкой  лорда. 
Не  стонущая  в  теплоте  зануда. 

3.
Я  среди  тех,  кого  об  table  мордой 
Фигачит  столь  желаемое  чудо. 

4.
А  ты  забилась  в  уголок  кафешки 
И  пальцы-льдинки  греешь  битой  чашкой. 

5.
Стишок  последний  мается  по  флэшке: 
На  волю  хочет  -  маленький  дурашка. 

6.
Подсел  хмырёк  (в  карманах  гривен  триста), 
Глазами  жадно  ест  плаща  рельефы. 

7.
Ты  гонишь  лоховатого  кадриста... 
Разглядывать  кресты  и  барельефы. 

8. 
На  сумрачной  трамвайной  остановке 
Мы  встретимся  случайно. 
Опереточно. 

9. 
Пищит  мой  бутерброд  в  микроволновке. 

10. 
Люблю  тебя. 

11.
Отчаянно. 

12. 
Поэточка!

© Владимир Золин



Четыре послания Любимой. Восточный стиль.

Затворничество  дарит  осмысление 
Калейдоскопа  боли  и  борения, 
Казалось  бы, 
Таких  счастливых  дней. 

Чем  злее  ты,  тем 
Я  к  тебе  добрей
В  потугах  обречённых 
Быть  любимым:   
Желанным, 
Незабвенным  и
Хранимым. 

Густеет  паутина  отчуждения... 
Молитв  нирвана  породит  сомнения 
В  назначенности  глаз  твоих  волшебных. 

Затворничество  -  казнь  отпетых  пленных 
Войны  чертополоха  с  незабудкой. 
Родная... 
Подними,  мерзавка,  трубку!

© Владимир Золин



Он знает: мы с тобой...

Зачем  мы  до  сих  пор  с  тобою  живы? 
Мы  тянем  по  ночам  друг  другу  жилы. 

Шипенье  разговоров  бесконечно 
И  где-то  потерялся  путь  наш  Млечный. 

Мы  не  бедны, 
Да  вовсе  не  богаты  - 
Обыденности  верные  солдаты, 

Двадцатую  встречаем  вместе  осень, 
Но  всё  чего-то  друг  у  друга  просим. 

Прощения? 
Пощады? 
Лучшей  доли? 
Надежды? 
Искупления  неволи? 

К  чему,  родная,  эти  разговоры? 
Фальшиво  ритуальны  наши  споры. 

А  голос  твой  язвительно-спесивый, 
Я  помню, 
Может  быть  таким  красивым! 

Смеётся  месяц  за  окном  плешивый... 
Он  знает: 
Мы  с  тобой  друг  другом  живы.

© Владимир Золин



История любви

Кардио-трафик, 
Посланный  на  фиг, 
Вьётся  в  шипах  алой  розы. 

Не  уколоться! 
Не  напороться! 

МАрево. 
Зарево.
Грозы.

Плёвое  дельце 
Девичье  тельце 
Спрятать  в  амбар  бытовухи. 

Ох,  разболелось!
Эх,  расхотелось! 

Голуби.
ВОроны.
Мухи.

© Владимир Золин




Времена года в изложении для поэтов


Мерцают  ухмылки  в  колодце  удач. 
Бокалы  встречаются  звонко! 
А  стайки  подружек  уносятся  вскачь 
За  летом  раздетым  вдогонку. 

Дробится,  тускнеет  в  ладонях  чужих,   
Сопливым  дыханьем  согретый,   
Мой  рыхлый,  вполне  ученический  стих. 
Эх,  осень  -  награда  поэтам. 

Представь  одиночество  -  как  тишину, 
Измену  -  как  смену  привычек: 
Всего-то,  поверь  мне,  стоит  на  кону 
Весна  в  обрамленье  кавычек. 

Послушай,  не  дёргайся,  пусть  увели 
Девчушек,  тобой  разогретых... 
Зимой  замерзают  во  льдах  корабли, 
Но  не  замерзают  поэты!

© Владимир Золин



Счастье


Среди  хлопот  и  заморОчек, 
Долгов,  не глаженных  сорочек
Смотрю  в  окно: 
Сентябрь, 
Ненастье... 
Вдруг  понимаю  -  это  счастье. 
И  пусть  душа  тоской  сокрыта, 
Победы  духа  картой  битой 
Закладкой  в  "Библию"  легли...   
Они  боролись,  как  могли 
То  с  праздным  нервов  напряженьем, 
То  с  одиночества  томленьем, 
С  неотвратимостью  измен, 
А  то  -  с  коварством  перемен, 
Со  лживым  треском  назиданий, 
Стыдом  иных  воспоминаний 
И  с  безднами  похмельных  мук, 
С  преодолением  разлук 
Тобой,  неверная  моя... 
Окно.
Сентябрь. 
Ненастье. 
Я.
 
И  так  от  быта  изнемог! 
Люблю  тебя. 
Храни  нас,  Бог.

© Владимир Золин



По другому поводу вопрос

Причины  жуткие  ведут  меня  по  краю
Судьбы  начертанной  не  мне. 
Кому? 
Не  знаю.
За  горизонтом,  где-то  там,  родные  дали, 
Но  я  ни  там,  ни  здесь,  нигде  - 
Меня  украли 
Чужие  вехи  и  дороги  во  Вселенной. 
В  душе  так  холодно, 
Лишь  маятником  пленным 
Томится  сердце  -  обречённо  ждёт  предела... 
Ты  где,  Любимая? 
Ты  снова  не  успела?

© Владимир Золин



Тебе

И  может  быть  -  на  мой  закат  печальный   
                   Блеснёт  любовь  улыбкою  прощальной 
                                                     (А.С.  Пушкин,  "Элегия") 


Презрение  ласкает 
Нервы. 
Но  я  утешусь  -  я  не  первый, 
Кто  побежал  в  Твои  туманы 
На  зов  любви. 
А  там  капканы 
Беспечной  алчности  и  лени... 
И  если  я  не  раб, 
То  пленник 
Волшебной  мути  глаз  Твоих: 
Родных,  манящих, 
Но  чужих.

© Владимир Золин


Снова Тебе


С  диванных  кружев  пустоты 
Я  выползу  на  голос  улиц  - 
Среди  мелированных  куриц, 
Быть  может,  промелькнёшь  и  Ты? 

Приди  в  каштановый  мой  сад, 
А  большего  просить  не  смею: 
Да,  я  по-прежнему  болею
Тобой. 
И  верю  невпопад.

© Владимир Золин



Терпение

Терпение  -  такая  мУка:   
Души  и  разума  разлука... 
Но  без  терпения  нет  радости, 
Ни  денег, 
Ни  семьи, 
Ни  старости.

© Владимир Золин



В.К.


День  первой,  в  этой  жизни,  встречи 
Был  солнечно  ленив  и  тих. 
Ещё  свободный  и  беспечный 
Я  рухнул 
В  небо  глаз  твоих. 
Четыре  месяца  паденья, 
В  плену  надежды  и  тревог, 
Меня  казнили  в  сновиденьях... 
А  ты,  в  кольце  чужих  дорог, 
Насмешливым  смотрела  взором, 
Как  с  топора  судьбы  лилась 
На  плаху  моего  позора 
Любовь  к  тебе. 
Она  сдалась.
Но,  обезглавленная,  тщилась
Прорваться  сквозь  площадный  срам... 

И  голова 
Любви  скатилась  к  твоим, 
Любимая,  ногам. 
Ну,  что  тебе  ещё  осталось? 
Пинай  башку! 
Такая  малость.

© Владимир Золин



Две радуги сошлись

Две  радуги  сошлись  на  крыше  сна, 
Две  музыки  сплелись  на  пьяном  вдохе...   
Зачем  мне  примерещилась  она 
В  кудряво-восхитительном  подвохе?   
Ни  боли,  ни  печали,  ни  тоски 
В  капкане  сердца  я  уже  не  грею, 
Свяжи  мне,  мама,  тёплые  носки: 
Я  всё  могу! 
Вот  мёрзнуть  не  умею. 
Судьба  плетётся  робко,  наугад 
Среди  кострищ  страстей  и  плясок  плоти. 
Согреться  да  сплясать  я  был  бы  рад, 
Но…   
Приглашают  ночью.  На  болоте.   
Молю-зову,  вернись,  моя  весна: 
Опомнись,  май,  очнитесь  ахи-охи... 
Ура! 
Опять  мерещится  она 
В  кудряво-восхитительном  подвохе!

© Владимир Золин



Психо-поэтический синдром


Весна-предатель  в  гости  норовит. 
Брожу,  угрюмый,  по  февральским  лужам. 
Но  водка,  вечный  "доктор  Айболит", 
Не  греет:  и  простужен,  и  не  нужен… 

Отравлен  с  юных  лет  я  ветерком, 
Замешанным  на  мёде  и  сирени: 
Мерещится  признания  мне  трон  - 
Судьба  надменно  ставит  на  колени. 

Владельцы  и  властители  умов 
Расселись  по  уютным  кабинетам: 
К  ним  "музы"  приезжают  перед  сном, 
Каратами  звеня,  в  кабриолетах. 

Шампанское  сегодня  не  в  честИ:   
Богема  пробавляется  текилой, 
Лакает  виски,  как  аперитив, 
А  капельница  - утром:  от  могилы 

"С  гарантией"  на  месяц  отскочить.   
В  приёмных  секретарши-"пионерки": 
"всегда  готовы!",  в  смысле,  оттрубить 
на  partys,  фестивалях,  фейерверках... 

Хочу  ли  этой  жизни?  Нет  -  хочу! 
Брожу  угрюмый,  по  февральским  лужам: 
Налейте,  тётя,  "сотку"  -  полечу 
Туда,  где  месяц  май  и  всем  я  нужен.

© Владимир Золин




Про Ж….

неразбериха ожиданий, надежд, эмоций, возжеланий
рисует неги
витражи…
их рушит
на!

осколки
жизнь

девиз входящих
в счастья омут:
«красив цветок, пока не тронут;
не верим, братья, в миражи!»,

но братья тонут –
это жизнь

на неизбывной ветке
ночи
сидит тоска,
корявый росчерк её малюет
чертежи,
название которым

жизнь

© Владимир Золин



Снежинка - королева

Снежинка, королева аллегории,
Привычно опустилась на ресницы…

Нет в небе журавлей – одни синицы
Банальные,
                 а хочется истории
О ярких парусах и светлых лицах!

Слезинки превращаются в дождинки,
Дождинки превращаются в снежинки…

Мне нравятся шатенки и брюнетки,
Мечтается о рыжих и блондинках!

Толстухе в бигудях ношу конфетки.

Достоинство молчания
                                   не в моде,
Резвятся крикуны на перепутьях…

Правители иконятся в бигбордах,
Пригрели чад своих на властных стульях.

Народ застыл в унылом хороводе.

Как хочется парить вольготной птицей
Над мелочного быта территорией…

Слезинка – как дождинка,
                                         и не более.

Привычно опустилась на ресницы
Снежинка – королева аллегории.

© Владимир Золин



Из весны дневниковой


По лабиринтам весеннего города рыщет вечер…
Он же кинжальными ручищами пронзает души.

Не все, только те, которые до поры гордые и беспечные
И те, что раненые холодом, жмутся к циникам ушлым.

Циники ушлые, опьянённые свободой от совести и печали,
Маршируют рядами стройными героев-одиночек.

Девушка, в подворотне страха одиночества Вы не меня искали?
Давайте встретимся на остановке распускающихся почек!

Апрель навалился июльским цунами тепла,
А в мае уже хотелось первого снега…

По стволу позвоночника катится яда смола –
Это перебродившая в хлопотах целомудрия нега.

Гражданские браки - словно майки линялые на бельевых верёвках –
Каждый может подойти, посмотреть и даже пощупать.

Всемогущая «цифра» убила детство и юность на родительских плёнках.
И всякая куколка - только сначала куколка, а потом обязательно - щука.

Но, впрочем, так было всегда - отрыжка памятью, прозренья изжога;
И обязательна вера-надежда на всенепременную Встречу!

Усталыми перебежками потерявшегося дога
По лабиринтам весеннего города рыщет вечер…

© Владимир Золин


Нравится

 Всего комментариев: 0