» Побачення наосліп
   - Женщина улыбается

» Читачі радять
» Нові твори

» Слідами Натхнення
   • Острівець довіри
   • Поки є райдуга
   • Співзвучність
   • Ніжність
   • 25-ті кадри
   • Про життя з усмішкою
   • Навмисне не утнеш
   • Діалог із дитинством

» ЛIКОТЬ ДО ЛIКТЯ
» Мої Вчителі




 







      © Тетяна Яровицина, 2011
              © Татьяна Яровицына, 2011      



 » ВИТАЛИЙ КОВАЛЬЧУК: "Умение до солнца дотянуться"
Хорошая новость! На Проспекте появился ещё один перекрёсток с уверенно пересекающей его улицей творчества харьковского поэта Виталия Ковальчука, очень близкого мне по духу. В октябре этого года была счастлива столкнуться с его творческой харизмой на фестивале "Одна маленькая свеча", где он проводил мастер-класс по драматургии поэтического текста.



***

Перешагнув рубеж сорокалетья,
Ты вдруг поймёшь, что нет пути назад.
Ну, да, конечно, подрастают дети,
Но сад заброшен - тот, вишнёвый сад.

А мы всё те же, хоть давно другие.
Всё бодрые, как Ленин в октябре.
...А у меня при слове "ностальгия"
Всплывает куст пиона во дворе.

Двор небольшой. Фиалки вдоль ограды.
Жуки гудят. Я слышу этот хруст.
Над крышей дома в август - звездопады.
И куст пиона. Необычный куст.

Я прятался за ним. Играл во что-то.
И будто бы стремясь достать до звёзд,
Руками достигая горизонта,
Я становился гордо в полный рост.

И вдруг однажды роста стало много.
И отметая жизни суету,
Предвосхищая новую дорогу,
Я осознал впервые, что расту.

И я взлетел, с куста сбивая сырость,
Не в силах это чувство удержать:
"Ты не поверишь, бабушка, я вырос!
Я вырос, ба! Мне нужно приседать!.."

И бабушка так искренне смеялась,
Протягивая ягоды в горстях.
Она была мудрее, чем казалось.
Я это понял много лет спустя.

Потом, конечно, - школа, пионеры,
Металлолом, шипучий лимонад...
Как не хватает мне порою веры,
Что до сих пор живёт вишнёвый сад!

Предстанем перед Господом нагие.
Что нам зачтут, когда придёт пора?
...И до сих пор при слове "ностальгия"
Я вижу этот куст среди двора.

А дома нет - давно его я продал,
Но в памяти - осколок волшебства:
Я вырос. Мне уже четыре года.
И бабушка пока ещё жива...

© Виталий Ковальчук




***

От суеты не так уж много толку.
Остановить бы в праздник этот бег.
Вчера мы с дочкой рисовали елку.
«А как мы нарисуем белый снег?»

В ее вопросе искреннем и смелом
Огромный мир непознанный вставал.
Вот где проблема – белое на белом.
А мы – сантехник, премия, провал.

Конечно, нужно и домой пораньше,
И свеженькой капусты на салат.
Но где-то там в моем уже вчерашнем
Я точно так же был когда-то рад,

Когда искал и сомневался снова,
Еще не веря в то, что я поэт.
Я находил чарующее слово,
Как дочь моя сейчас находит цвет.

А после жизнь вошла в меня по венам –
Заботы, беды, страсти, кутерьма.
Я разучился – белое на белом,
И не ответил дочке. Пусть сама…

А дочь ответом смелым, небывалым
Уже готовит к вечности прыжок.
Она его нарисовала алым.
«Так можно?» - «Можно. Это твой снежок».

© Виталий Ковальчук



***
А ноги подкосились так внезапно,
Что даже не почувствовал рынка.
Еще алеет призрачное завтра
Пока.

Еще покуда лица различимы,
И голоса пока еще слышны,
Но возвращаться больше нет причины
С войны.

И битве – быть! Жестокой, неминучей.
Война навек захлопнула капкан.
И снова – меч, кинжал, на крайний случай –
Аркан.

И силуэт отъехавшего трапа
Оставил лишь одну дорогу – вниз.
И вдруг раздался чей-то голос: «Папа!
Вернись...

Ты говорил, что рвется там, где тонко.
Вот и моя порваться может пить.
Мне некому любимого тигренка
Чинить...»

И новый голос: «Серость? Паутина?
Попытка бегства смертью прямо в рай?
Твоя война мне знаешь где, скотина?
Сдыхай! ..»

И третий голос в пропасти бездонной:
«Вставай. Так надо. Если хочешь – вой».
И взвыл. И  голос в операционной:
«Живой!»

© Виталий Ковальчук



ЛОШАДКА
                                            
«Нарисуй мне лошадку. Не страшно, что ты не умеешь.
Вот берёшь и рисуешь. Как можешь, рисуешь её».
Дочь глядит на меня – понимает, надеется, верит,
Что сумею, смогу... Отговорочки тут не в чести.
Я вхожу в этот мир сквозь едва приоткрытые двери,
Потому что впускают – а, значит, нельзя не войти.

«Говоришь, как могу?» Подрастает... Что станется с нею?
Ей ведь трудно поверить, что папа умеет не всё.
Я рисую лошадку. Рисую её, как умею.
«А когда нарисуем, мы маме её понесём?»

Я рисую лошадку. дорогу. Характер. Удачу.
Дочь глядит на меня, не отводит восторженных глаз.
«Ну, вот видишь, а я рисовала немного иначе!»
И – не детский вопрос: «Почему ты не с нами сейчас?»

Я пытаюсь ответить и, чувствую, – холод по коже.
В первый раз я иду по такому непрочному льду.
«Я отвечу тебе. Обязательно. Только попозже...»
И опять – не по-детски ответ: «Хорошо. Подожду».

И помчится лошадка, минуя любые напасти.
Из огня унесёт, не утонет в студёной воде.
Я рисую для дочки, до боли сжимал фломастер.
Как умею, рисую лошадку... «А бантики где?..»

© Виталий Ковальчук



*   *  *

Сказать «старею» глупо в мои годы,
Но я всё реже верю в чудеса.
От суеты до запаха свободы
Всего два шага или полчаса.

Когда уже не глупая красотка
Тебе дороже отблеска зари.
Когда уже не морфий и не водка,
А цвет огня взрывает изнутри.

Когда глядишь на жизнь, не понимая,
Где ТЫ реальней – здесь или во сне.
Когда тебе ноябрь дороже мая –
В нём правды жизни больше, чем в весне.

И ТЫ уже везде почти как дома,
Но этот дом – как в призрачном дыму.
И два письма со штампом «Оклахома» –
Почти как с Марса. Господи, кому?..

И ТЫ поймешь, что главное на свете –
Не завтра, не сегодня, не вчера,
А знать всегда, откуда дует ветер,
Не глядя в этот миг на флюгера.

© Виталий Ковальчук



СТАРИК И ФИЛОСОФ

Мне кажется, что я уже привык
Не задавать от праздности вопросов...
В саду копался сгорбленный Старик.
А по тропе навстречу шёл Философ.
Остановился. Поглядел вокруг.
И в позе снисходительно-надменной
Спросил: «А вот скажи-ка мне, мой друг.
Что по себе оставишь во Вселенной?»
Старик в ответ: «Да вот, сажаю сад...»
Философ: «Подружись-ка лучше с книгой!
Ты видишь – птицы в облаках парят.
А ты в земле копаешься с мотыгой.
Всё это – бренность. То есть, суета.
Сад зарастёт травой, как наши кости.
А птицы, понимаешь, неспроста...»
И, сбив с кустов росу ударом трости,
Ушёл Философ что-то постигать,
Или давно постигнув всё на свете...
Старик мотыгу в руки взял опять
И прошептал кустам: «Растите, дети».
Сто лет прошло. Меняли мы не раз
За это время веру и идею.
Опять весна настала. Знойный час.
И я в саду – сажаю орхидею.
А мне навстречу по аллее роз.
Как будто бы по вечности нетленной, –
Философ. И – знакомый мне вопрос:
«Что по себе оставишь во Вселенной?»
Стоит, надменно книгу теребя,
А нет бы – попросил стаканчик чаю.
Я узнаю в Философе... себя.
И улыбаюсь. И не отвечаю...

© Виталий Ковальчук


Другие стихи автора здесь:
http://vk.com/vitaliykovalchuk



Нравится

 Всего комментариев: 0