» Побачення наосліп
   - Настоящий друг

» Читачі радять
» Нові твори

» Слідами Натхнення
   • Острівець довіри
   • Поки є райдуга
   • Співзвучність
   • Ніжність
   • 25-ті кадри
   • Про життя з усмішкою
   • Навмисне не утнеш
   • Діалог із дитинством

» ЛIКОТЬ ДО ЛIКТЯ
» Мої Вчителі




 







      © Тетяна Яровицина, 2011
              © Татьяна Яровицына, 2011      



 » МАРИЯ ЛУЦЕНКО "Странница"
Недавнее моё Открытие - киевская поэтесса Мария Луценко. Мне бы так писать...













СТРАННИЦА

Мы никогда не сможем породниться.
Творениям бескрылым не чета -
я – странница. И всё же я – страница.
На языке любви меня читай.
Лежит моя далёкая станица
у самой кромки Млечного пути.
Я – странница. И всё же я – страница,
по ней ты можешь время перейти.
Ведут мостки строки моей на Липки,
с Подола вниз, на край речной косы.
Увидишь нот невидимых пылинки
на медных струнах, солнечных.
Вкуси
тоски ломоть,
ночуй, где я ночую,
где нет гвоздя для звёздного плаща,
я – странная, прости, что не хочу я
быть узником,  ты  – не моя праща.
Есть книга звёзд.
Она во мгле хранится.
В ней кем-то предначертаны пути
мне, страннице небес, твоей странице.
Прости меня,
прочти меня.
Прочти.

© Маша Луценко


ЯНТАРЬ

- Кем ты была, моя душа,
когда была мала?
- Текла я тихо, не спеша,
как древняя смола,
горячим соком по стволу,
по вековой сосне,
из тьмы на свет, и вновь во мглу,
как-будто бы во сне.

- Кого любила ты, душа?
- Древесного жучка.
Мы целовались, не дыша,
у верхнего сучка.
Я становилась на заре
прозрачнее стекла.
Он полз по молодой коре,
а я за ним текла.

- Скажи мне, древняя душа,
а что стряслось потом?
- Потом случайный был пожар,
а с ним воды поток…
В лесу тогда погибли все:
и бук, и стройный тис,
а после жили на косе
Юрате и Костис.

- А кто принес тебя в ломбард?
- Да был один кустарь.
Басил из рыжих бакенбард:
- Есть редкостный янтарь!
Отдам его за полцены,
мне хватит с головой,
взгляните, с левой стороны -
жучок, он как живой!

- И как же быть теперь с тобой,
янтарная смола?
- Возьми меня и брось в прибой,
где я слезой была.
А хочешь, просто подари
кому-то из друзей.
И есть музей, где янтари…
Согласна и в музей.
Готовь любую западню, -
оправе грош цена.
Лишь только тем, кого храню
у сердца, я ценна.
Что хочешь, то и мастери,
шлифуй любую грань,
но видишь, там жучок внутри?
Не тронь его.
Не рань.

© Маша Луценко


ВАРРАВВАН

Шепни на ухо мне, что сам устал
от парадоксов мира несусветных.
Зачем возвёл на белый пьедестал
своих надежд нас – слабых, глупых, смертных?
Ты совершил страшнейшее из зол:
Нам выбор дал и вечность дал на время,
Смотри, как учиняет произвол
Идущее во тьму людское племя!
Как со смиренной миной не броди,
Поднимет меч добра на иноверца
распятья ради тот, кто на груди
лелеет крест, но не имеет сердца.
Кто с сердцем? – нынче знает только нож!
Живые – лживы. На слово не верь им,
покуда трижды сам не провернёшь
заветный ключ под левым подреберьем.
Я – Варвар.
Нерв мой рван! Я – Варравван!
Но равен  вам я, подлый, злой, паршивый.
Ведь разве я, мой Боже, виноват,
что оправдать меня толпа решила,
чтоб дать воскреснуть Сыну твоему?
Зло тоже крест несёт и терпит муку.
Но если зло живёт не по уму,
спустись к нему, протягивая руку,
и заново начни любви учить
всех тех, кого ты вычеркнул из списка!
Здесь   — степь,
мы в ней не в силах отличить
взгляд василька
от взгляда василиска…

© Маша Луценко


ВОСЬМЁРКА БЕСКОНЕЧНОСТИ

Восьмёрка бесконечности – все мы,
когда любовь нас выхватит из тьмы.
Нас пишет на поверхности планет
тончайшей кистью первородный свет.
Нас мелом пишут звёзды в уголке
на небе, как на грифельной доске,
богатые у нас берут взаймы,
и самые великие умы
несут пюпитр, этюдник и блокнот,
и не жалеют кистей, слов, и нот.
Но времени закройщик нас кроит,
под ножницами циферка кровит,
и чтобы мы друг друга не нашли,
восьмёрку разрезают на нули,
на две немых, бесплодных пустоты,
которые зовутся "я” и "ты”.

© Маша Луценко



В КОНВЕРТЕ ОДЕЯЛА


Я помню хорошо твоё лицо,
мой дом, где мы не очень уживались,
тогда зарплаты наши ужимались,
и ты копил на первое кольцо.
Мы походили на карандаши,
лежащие  бок о бок в тесной пачке.
За дом с прудом, и за крутые тачки
не отдали бы «зелени» души.
Я помню всё:  как ты раскрытый спал,
разгул твоих ночных бескрылых оргий,
пускай хранит тебя святой Георгий
от памяти, которая, как спам
летит и забивает до краёв
не вычищенный ящик мой почтовый.
Так хочется на миг забыться, чтобы
приречный наш, раёшный наш район
вернул никем не вскрытое письмо, -
нас,  любящих, в полуторном  конверте.
Я помню всё. Так звёзды после смерти
горят и ждут, авось пройдёт само…

© Маша Луценко


ЭЛЬФОВА БАШНЯ

                               Мите, сыну

С Эйфелевой виден весь Париж:
крыши, Сакре-кёр, и снова – крыши,
но когда на Эльфовой стоишь,
ты стоишь, малыш, намного выше.
Нет, с неё столица не видна,
дымная окраина, и пашня,
загляни поглубже  – вот она,
прочная, невидимая башня.
Маленьких ступеней серпантин
к центру твоему ведёт по кругу,
ты с неё не бросишь вниз сантим
и с верхушки не помашешь другу,
не поднимешь свадебный бокал,
не швырнёшь его через перила,
Эльфова – не пара облакам,
но с другими несоизмерима!
Упираясь прямо в твой зенит,
острым  шпилем, словно ось земная
осеняет светом и звенит
башня эта, ничего не зная
о далёкой названной сестре,
гордой, знаменитой Парижанке,
с Эльфовой и в киевском дворе,
мы с тобой разучим «Frère Jaque»,
Не бери слепцов в поводыри!
Чья-то темень не придётся впору,
лучше разгляди свою внутри
твёрдую, надёжную опору,
а найдёшь, сумеешь залатать
мостик подвесной в миры иные,
где научат с Эльфовой летать,
расправляя крылья слюдяные.

© Маша Луценко


«Frère Jaque»  –  «Братец Жак»,  известная детская французская песенка 60-х годов.


ЛУЧШЕ БЫТЬ

Лучше быть. И пускай есть в запасе до смерти всего лишь единственный день.
Лучше быть, даже если в пустыне, где будешь рождён, нет надежды на тень.
Лучше быть. И хотя твоя мать для вождя оказалась "случайной" женой,
лучше быть, несмотря на болезни, и слепней, и сплетни, и смрад племенной.

Лучше ад - обожжённая кожа, палящее солнце, голодные дни.
Лучше ад - но на этой земле, в этот час, Боже правый храни
от холодного разума, если он скажет: "так много забот, слишком много забот,
лучше зА борт его, как балласт с корабля, лучше сделать аборт."

Лучше быть этим маленьким, тёплым и хилым комком, чем не быть!
Даже если ты был c голубым молоком материнским едва ли знаком, лучше быть!
Даже если всё то, чем накормят тебя за последние сутки - вода, лучше - да!
Даже если положат в корзину тебя и отправят рекой в никуда, лучше - да!

Лучше плыть по течению времени, с плачем и криком во тьму, ни к кому.
Лучше плыть: пусть решат воды жизни, кто - кормом для рыб, и пойдёт за корму,
а кому крепко спать в волчьей шерсти, зубами сжимая чужие сосцы.
Лучше стать мертвецом, чем не жить, и совсем не попасть в мертвецы.

Лучше быть благодарным судьбе с первых дней умирания, и на авось
обойти шар земной, в сотый раз натыкаясь на тонкую, острую ось,
ощущая всем телом живое, земное, бессмертной души естество,
потому что потом только атомы, атомы, атомы...
И ничего.

© Мария Луценко

Другие стихи автора здесь:

Нравится

 Всего комментариев: 0